bogachkova1957

Categories:

Сказка былых времен - Особняк Тарасова

На углу улицы Спиридоновка и Большого Патриаршего переулка стоит большой серый Особняк Тарасова, сейчас его занимает Институт Африки РАН. Были мы здесь с экскурсией Ирины Стрельниковой.

Особняк Тарасова (Институт Африки РАН). Арх. И.Жолтовский. 1909-1912.
Особняк Тарасова (Институт Африки РАН). Арх. И.Жолтовский. 1909-1912.

Этот дом вызывает культурный шок: он внешне, особенно со стороны улицы Спиридоновки, очень похож на палаццо Тьене в Виченце, построенное по проекту Андреа Палладио. Поначалу кажется, что это полная копия, в духе тех копий XIX века, в которых присвоение прошедшей эпохи шло через ее буквальное воспроизведение (храм Тезея в Афинах, репродуцированный в Вене, дворец Питти во Флоренции, повторенный в Мюнхене, то же палаццо Тьене, воспроизведенное в Ньюгейтской тюрьме в Лондоне). Но внимательный осмотр уличного фасада показывает, что перед нами не копия, а сложнейшая стилизация, направленная на постижение и даже, возможно, на трансляцию самого духа архитектуры Палладио, а не на археологическо-обмерное воспроизведение фасадов. Архитектор И.Жолтовский изменил пропорциональные отношения верхнего и нижнего этажей. Благодаря этому оно представляет собой не механическую копию, а творчески переосмысленное произведение.

Палаццо Тьене в городе Виченца, построенный в 1550—1551 годах великим итальянским архитектором позднего Возрождения Андреа Палладио.
Палаццо Тьене в городе Виченца, построенный в 1550—1551 годах великим итальянским архитектором позднего Возрождения Андреа Палладио.

Итак, дом Тарасова был построен по проекту Ивана Владиславовича Жолтовского (1867–1959), выпускника Императорской Академии художеств, приехавшего в Москву и уже выполнившего в старой столице и окружающих ее усадьбах несколько крупных заказов. Среди его построек начала века наиболее значительной был дом Скакового общества (1903–1906), в котором идеи палладианства были высказаны уже очень отчетливо. В 1909 году Жолтовский стал действительным членом Академии художеств, то есть к моменту начала строительства дома на Спиридоновке он был уже вполне признанным сорокалетним мастером. В ежегоднике «Московский архитектурный мир» за 1912 год особняк Тарасова назван «сказкой былых времен». Вообще-то этот особняк – сплошная обманка. Его парадные фасады отличаются монолитностью и массивностью. Облицовка первого этажа имитирует гранит, а второго — мрамор, но выполнен дом из бетона. При этом палаццо Тьене Палладио выполнен из мрамора и натурального камня. Тот же обман и в интерьерах, но об этом ниже.

Особняк Тарасова. Фасад со стороны Большого Патриаршего переулка.
Особняк Тарасова. Фасад со стороны Большого Патриаршего переулка.

Заказчиком дома-палаццо был Григорий Григорьевич Тарасов, богатейший купец, совладелец крупнейшего торгового предприятия «Тарасов и сыновья», преобразованного в «Братья Тарасовы». О Григории Григорьевиче Тарасове (по другим данным этого Тарасова звали Гавриил Асланович, но это, видимо, «внутрисемейное» отчество) мало что известно, он принадлежал к третьему поколению Тарасовых и начал строить дом на Спиридоновке в 1909 году, а скончался в 1911-м. Участок для строительства особняка Гавриил Тарасов приобрел в 1907 году и место это выбирал тщательно. Здесь, на Спиридоновке, проживала городская элита. Место это было очень престижным и перебравшемуся не так давно в Москву Гавриилу Тарасову необходимо было иметь статусный дом, достойный того места, которое он хотел занять в верхушке социальной пирамиды Москвы. Достраивали дом (окончен вчерне в 1912 году) уже сыновья Г. Г. Тарасова.  Им пришлось даже писать заявление в управу о своем несогласии со столь высокой пошлиной на наследство: «…постройки нашего владения, правда, могут быть отнесены некоторым образом к богатым, но это богатство условно, конечно, постройка будет богатой, если она сложена из дикого камня, гранита, но та же постройка, сложенная из простого кирпича, которому посредством бетона придан вид глыб дикого камня, будет иметь уже другой характер, т.е. небогатый… Внутренняя отделка этих особняков также обычная, исключая плафона потолка расписанного художником, но и эта отделка совсем не так уж и дорога, что мы можем подтвердить счетами». Счет был им выставлен огромный, как за особняк из мрамора, за подлинные картины эпохи Возрождения, за золотую мозаику, подлинные шедевры искусства и т. д. Доказать, что это копии, они так и не смогли, и им пришлось выплатить полную сумму. Наследникам Георгию и Саркису так и не довелось пожить в этом доме, так как в 1917 г. сыновья Гавриила Аслановича навсегда покинули Россию. Сейчас единственная ветвь потомков Гавриила Тарасова проживает во Франции.
Стоит отметить, что печально известный театрал и меценат Николай Лазаревич Тарасов приходился Гавриилу Аслановичу племянником. Еще одним прославленным из рода стал Лев Тарасов. В 1918 г. семилетним мальчиком он покидает Россию с родителями. Поскитавшись по Европе, они оседают в предместье Парижа, где подросший Лев Тарасов заканчивает лицей, уходит в армию, а потом начинает писать под псевдонимом Анри Труайя, по чьим работам теперь вся Европа изучает русскую историю и литературу. Из рода тех же Тарасовых происходит и прославившийся в 1980-е первый легальный советский миллионер Артем Михайлович Тарасов - он потомок одного из братьев Гавриила.

Но все эти сведения никак не объясняют архитектуру дома на Спиридоновке. До него, в первом десятилетии XX века, Жолтовский уже предлагал палладианский путь неоклассицизма в доме Скакового общества: портик там прямо обращен к стилю Палладио, а полуротонда на боковом фасаде сделана с оглядкой на палладианство XVIII века. В усадьбе «Липовка» (Липки-Алексеевское, 1907 г.) Жолтовский обратился к теме венецианских вилл на Терраферме, сооруженных Палладио. Так что к 1909 году московский архитектор довольно ясно заявил о своих пристрастиях, обозначив тем самым собственную, палладианскую линию внутри русского неоклассицизма начала XX века, в котором были еще и обобщенный неоренессанс (не палладианский), и неоампир, и некий абстрактный, как-будто дистиллированный классицизм.

Особняк Тарасова. Фасад со стороны улицы Спиридоновка. Надпись на главном фасаде по-латыни «GABRIELS TARASSOF FECIT ANNO DOMINI  M…».
Особняк Тарасова. Фасад со стороны улицы Спиридоновка. Надпись на главном фасаде по-латыни «GABRIELS TARASSOF FECIT ANNO DOMINI M…».

И все же в 1909 году Жолтовский начал все заново. Почему среди множества палладианских образов было выбрано палаццо Тьене, сказать трудно. Он, судя по всему, рассматривает Палладио как точку, область, сферу – к которой нужно вернуться за вдохновением. Палладио для Жолтовского – новая античность. В этой несколько даже экзальтированной убежденности была необычайная сила, которая и позволяла архитектору убедить своих заказчиков соорудить среди стилистически чуждой его экспериментам Москвы неопалладианское здание, а в будущем – продолжить служение духу Палладио и в сложнейшие советские годы, когда убеждать надо было партийно-хозяйственных большевистских руководителей, а не тянущихся к культуре купцов, с удовольствием позволявших зодчему написать на главном фасаде горделивую надпись по-латыни «GABRIELS TARASSOF FECIT ANNO DOMINI M…» (Гавриил Тарасов сделал, наша эра, год не указан). Видимо, после латинской М, обозначающей тысячу, должны были проставить окончательный год, но его так и не проставили из-за последующих событий, начала Первой Мировой войны и затем революции.

На главном фасаде со стороны Спиридоновки, Жолтовский «достраивает» количество осей до проектного (этот фасад у Палладио не был окончен, у него отсутствует левая часть), а на боковом фасаде он смело реконструирует некий фасад «в духе Палладио», узнаваемый, но, видимо, подчеркнуто стилизованный. 

Арочный проезд во внутренний двор и три арки со стороны двора. Фото 1912.
Арочный проезд во внутренний двор и три арки со стороны двора. Фото 1912.

Въезд в дом был со стороны Большого Патриаршего переулка. Это был сквозной арочный проезд, ведущий во внутренний двор. Фасадный проезд во двор имел одну арку, то со стороны двора арок были три. Въездные арки соединяли две части дома и в то же время разъединяли их. Над арками были открытые террасы. На крыше был балкон с балюстрадой и верандой, по которой можно было перейти из парадной части дома в жилую. К сожалению, в 1920-е годы террасы пришлось закрыть, эксплуатировать их в нашем климате было неудобно. На современном фото видно, что между белых колонн террасы теперь остекление. Въездная арка также была закрыта. Анфиладные дверные проемы сохранились, но прикрыты шкафами с книгами. Сейчас на месте этого сквозного проезда находится библиотека Института Африки.

Закрытая въездная арка и застекленная терраса. Фото 2020.
Закрытая въездная арка и застекленная терраса. Фото 2020.
Проездной двор особняка Тарасова. Фото 1912.
Проездной двор особняка Тарасова. Фото 1912.
Проездной двор особняка Тарасова. Сейчас в этом дворе библиотека.
Проездной двор особняка Тарасова. Сейчас в этом дворе библиотека.

В библиотеке сохранились сводчатые потолки, колонны ионического ордера, а также большой фонарь на цепи. Глядя на него, сразу понимаешь, что фонарь уличный. Фонарь был скопирован в Италии, изготовлен в России в увеличенном виде, чтобы соответствовать размерам колонн и арок. Там, где теперь вход в библиотеку был выход на улицу. Дверь библиотеки – бывшая входная. От нее даже сохранился ключ! Раньше им открывали вход в парадную часть дома, а теперь запирают библиотеку. Ручка двери тоже сохранилась.

Есть в особняке и внутренний дворик – характерная черта настоящих палаццо. 

Внутренний дворик особняка Тарасова.
Внутренний дворик особняка Тарасова.
 Три закрытые арки со стороны двора.
Три закрытые арки со стороны двора.

И закончим с особняком Тарасова. После революции и до 1937 года здание занимал Верховный Суд СССР. В 1937 году сюда въехало посольство Германии. В послевоенные годы его занимало посольство Польши. С 1979 года в доме располагается Институт Африки РАН. Как считается, великолепный особняк Институт получил благодаря своему тогдашнему директору, Анатолию Громыко, сыну министра иностранных дел СССР Андрея Громыко. Анатолий Громыко был директором Института с 1976 по 1991 год. 

Прежде чем перейти к интерьерам особняка - немного интересной истории из жизни Тарасовых.

Тройное самоубийство 

Любимым племянником Гавриила Тарасова был Николай Лазаревич Тарасов. Он был очень богат, получил большое наследство от отца. В 1905 году ему было 23 года, он был увлечен театром и выделил МХТ, испытывавшему материальные трудности на гастролях в Германии, 30 тысяч рублей, после чего Немирович-Данченко внес его имя в число меценатов и людей, которые могут влиять на репертуар театра. Николай этим правом не пользовался, охотно покровительствовал молодым актрисам, в том числе, Алисе Коонен. В 1908 году вместе с другом Балиевым открыл ставшее известным кабаре "Летучая мышь", в котором проходили капустники МХТ, сценарии для которых часто писал и Николай Тарасов. По воспоминаниям современников, Николай был настолько богат, что мог не работать, посвящал себя праздным увеселениям, при этом считал, что все интересуются не им самим, а его деньгами.

Николай Тарасов и Ольга Грибова.
Николай Тарасов и Ольга Грибова.

Театровед Николай Эфрос писал об этом удивительном человеке: «Как будто был он баловнем жизни, этот изящный юноша с бархатными глазами на красивом матовом лице. Но феи, стоявшие у его колыбели, позабыли туда положить один подарок — способность радоваться жизни. А без этого подарка чего стоят все остальные, самые щедрые и прекрасные? Тарасов носил в себе жажду этой радости — и никогда не мог ее утолить. Он любил те места, где звенел смех, где порхала шутка, но сам лишь едва улыбался и редко ронял слова. В нем жила богатая фантазия, но не то застенчивость, не то какая-то необоримая лень вязали ей крылья при первом взлете, и она упадала, не воспарив». А Качалов сетовал, что богатство губит Тарасова, рождает в нем комплекс неполноценности, отравляет для него отношения с людьми. Тарасов подозревал, что всем нужны только его миллионы, и никому не мог поверить: ни женщинам, ни друзьям. 

Одной из его пассий была актриса, замужняя Ольга Грибова. Мужа она не любила, но не любила и Тарасова, рассталась с ним довольно быстро, променяв его на молодого 24-летнего юнкера Журавлева, увлеченного карточными играми. К Николаю Ольга обратилась за деньгами, которые могли спасти её возлюбленного, когда тот крупно проигрался в карты, должен был отдать 25 тысяч рублей, которых у него не было. Тарасов ей отказал, да и какой мужчина станет выручать своего счастливого соперника. Журавлев застрелился. Вслед за ним застрелилась Грибова, хотя умерла не сразу, через 3 дня. Узнав о её смерти от Ольгиной подруги, обвинившей в этих двух смертях Тарасова, Николай тоже застрелился. На следующее утро в дом доставили цветы и гроб, заказанные этой подругой, когда Тарасов был ещё жив. Слуга нашел тело самоубийцы и уже доставленный гроб. Ему было всего 28 лет.

В день смерти Тарасова в МХТ отменили спектакль. Похоронили его на Армянском кладбище в Москве. Самое «известное» захоронение Армянского кладбища принадлежит именно Тарасову. В 1911–1912 году скульптор эпохи модерна Н.А. Андреев, автор известного памятника Гоголю, изготовил надгробие для могилы Тарасова, воспроизводящее сцену его самоубийства. По слухам, во время войны этот памятник был реквизирован на пушки, однако голову отрезали и сохранили. Восстановил фигуру Тарасова в 1991 г. скульптор Юрий Орехов, которому доверили голову от прежнего надгробного памятника. Вроде бы, это было сделано по просьбе кого-то из МХТ.

Н.А. Андреев. Модель статуи Н.Л. Тарасова для его надгробия. Около 1911 г. Гипс. Не сохранилась.
Н.А. Андреев. Модель статуи Н.Л. Тарасова для его надгробия. Около 1911 г. Гипс. Не сохранилась.

Памятник упоминается в книге «Русская монументальная скульптура» как уникальный и не имеющий аналогов среди русских надгробий. Скульптурная композиция представляет собой бронзовую фигуру, лежащую на постаменте, смертном ложе, которое поддерживают плакальщицы. Лицо Тарасова отливали по посмертной маске. Памятник окружен высокой кованой оградой, которую изготовили по рисункам Андреева в Венеции.

Н.А.Андреев. Эскизы кованой ограды для могилы Н.Л. Тарасова. Ограда восстановлена в 2016 г.
Н.А.Андреев. Эскизы кованой ограды для могилы Н.Л. Тарасова. Ограда восстановлена в 2016 г.
Н.А. Андреев. Надгробие Н.Л. Тарасова. Фото с сайта: Похоронный портал.
Н.А. Андреев. Надгробие Н.Л. Тарасова. Фото с сайта: Похоронный портал.

Особняк Тарасова. Интерьеры

Сообщу сразу - реставрацию за более столетнюю историю в особняке Тарасова не проводили ни разу. И ничего из первоначальной обстановки особняка до наших дней не дошло. Более того, вообще неизвестно, была ли завезена сюда мебель после окончания строительства. Офисная мебель, находящаяся ныне в помещениях здания, не представляет никакого интереса. Также, по-видимому, не было выполнено оформление стен особняка. Хотя в  доме были использованы самые передовые технические решения того времени. Трубы проведены в толще стен, во всех комнатах размещены радиаторы парового отопления. В доме было электричество и санузлы. Для подъема и спуска белья, посуды, для подсобных работ на черной лестнице был сделан грузовой лифт. В здании была устроена собственная прачечная.

В интерьерах дома Тарасова нет возможности говорить о копийности: планировка только очень отдаленно напоминает палаццо Тьене, скорее это Палладио вообще. Узнаются отдельные «узлы» лестниц, своды, камины, группы колонн, рисунок кессонов деревянных потолков, четверти пилястр в углах, камины. В этих залах разного размера, на этих лестницах, странновато затерянных среди переходов, кажется, что попал в Италию. В этом доме на Спиридоновке высказано столько мыслей и передано столько эмоций по поводу возрождения архитектуры Палладио, что они складываются в один явственно слышимый призыв: «назад к Палладио»!

И возвращаемся к обманкам особняка: кессоны – не дерево, а бетон и гипс, своды потолков тоже гипс, росписи – не фрески, а росписи на холсте, который наклеивался на потолок. Мозаика – не мозаика, а нарисованная имитация. Колонны из искусственного мрамора, хотя и покрашенные под натуральный, а капители – из гипса. Камины не мраморные, а из искусственного камня. Подлинные в особняке только люстры и зеркала. 

Тарасов поставил перед Жолтовским только одну задачу: «Главное – роскошь!». Если помещения вдоль Спиридоновки были парадными, то комнаты вдоль Большого Патриаршего переулка предназначались для проживания членов семьи Тарасова, но их внутреннее убранство не менее пышное, чем в парадных залах. Расположение комнат вдоль Большого Патриаршего переулка и вдоль Спиридоновки – анфиладное.

Росписи интерьеров в стилях Пинтуриккьо, Тинторетто, Тициана и Джулио Романо выполнил художник Игнатий Нивинский, а фриз и плафон большого зала расписывал Евгений Лансере. В этих залах разного размера, на этих лестницах, странновато затерянных среди переходов, кажется, что попал в Италию, может даже и в Виченцу, но непонятно, в какое палаццо, скорее – в некую неконкретную мысль о палаццо, о жизни среди прекрасной архитектуры, перенесенной, воссозданной, переосмысленной как в результате художественного наития, так и в результате ученой работы с самими итальянскими памятниками и их обмерами. Как известно и Нивинский, и Лансере много времени проводили в Италии, изучая искусство данной страны.

План особняка Тарасова по первому этажу.
План особняка Тарасова по первому этажу.

Начнем по порядку: с холла первого этажа со стороны Спиридоновки. Потолок отделен под кессонный, четверти пилястр, как в палаццо Тьене. А вот зеркало подлинное. По обеим сторонам от двери в музыкальную гостиную и от зеркала расположены две полуколонны коринфского ордера. Поверхность их стволов отделана желобками, которые делают эти полуколонны зрительно более легкими, стройными и изящными.

Особняк Тарасова. Холл первого этажа со стороны Спиридоновки.
Особняк Тарасова. Холл первого этажа со стороны Спиридоновки.
Особняк Тарасова. Холл первого этажа – зеркало и четверти пилястр, как в палаццо Тьене.
Особняк Тарасова. Холл первого этажа – зеркало и четверти пилястр, как в палаццо Тьене.
Особняк Тарасова. Холл первого этажа – аутентичная люстра.
Особняк Тарасова. Холл первого этажа – аутентичная люстра.

Из холла попадаем в Малую гостиную. Сейчас она принадлежит библиотеке. Здесь роскошный кессонированный потолок с девятью ячейками, украшенный лепниной и росписью, по периметру фриз с барельефами – это позолоченные танцующие путти.

Особняк Тарасова. Малая гостиная. Кессонированный потолок и потолочный фриз.
Особняк Тарасова. Малая гостиная. Кессонированный потолок и потолочный фриз.

Из Малой гостиной попадаем в Большую гостиную, расположенную на углу Спиридоновки и Большого Патриаршего переулка. 

Особняк Тарасова. Большая гостиная.
Особняк Тарасова. Большая гостиная.

В Большой гостиной создаётся полное ощущение итальянского дворца. Потолок кессонный, его ячейки-кассеты большие, их девять. Они заполнены росписями Евгения Лансере на тему «Подвиги Персея». Под потолком идет фресковый фриз с атлантами, которые как бы держат этот потолок. На этом же фризе под сценами из мифов подписи к ним на латыни. Могучие атланты держат не только потолок, но и «тяжелый занавес», тут есть еще и театральный эффект. Это неслучайно, ведь Евгений Лансере много работал как театральный художник.

Центральный плафон: «Персей - герой древнегреческой мифологии, сын Зевса и Данаи, получает от Гермеса острый меч, а от Афины медный щит для борьбы с горгонами».
Центральный плафон: «Персей - герой древнегреческой мифологии, сын Зевса и Данаи, получает от Гермеса острый меч, а от Афины медный щит для борьбы с горгонами».
Зевс проникает к Данае в виде золотого дождя. Так появился сын Данаи и Зевса Персей.
Зевс проникает к Данае в виде золотого дождя. Так появился сын Данаи и Зевса Персей.
Подпись на фризе: «Даная от дождя золотого зачала».
Подпись на фризе: «Даная от дождя золотого зачала».
Зевс – отец Персея.
Зевс – отец Персея.
Даная – мать Персея.
Даная – мать Персея.
Персей наказывает Атланта за отказ в гостеприимстве. Он превратил Атласа в гору, поддерживающую весь небесный свод.
Персей наказывает Атланта за отказ в гостеприимстве. Он превратил Атласа в гору, поддерживающую весь небесный свод.
Подпись на фризе: «Так появились горы Атлас».
Подпись на фризе: «Так появились горы Атлас».
Сам Персей.
Сам Персей.
Персей побеждает горгону Медузу.
Персей побеждает горгону Медузу.
Подпись на фризе: «Горгону Медузу со змеиными волосами Персей побеждает».
Подпись на фризе: «Горгону Медузу со змеиными волосами Персей побеждает».
Персей спасает Андромеду от морского чудовища.
Персей спасает Андромеду от морского чудовища.
Бог морей Посейдон, пославший чудовище на растерзание Андромеды.
Бог морей Посейдон, пославший чудовище на растерзание Андромеды.

В этом зале находится очень красивая люстра.

 Особняк Тарасова. Люстра Большой гостиной.
Особняк Тарасова. Люстра Большой гостиной.

Продолжение в следующих блогах: Особняк Тарасова. Интерьеры. Часть 1  и Особняк Тарасова. Интерьеры. Часть 2.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic