bogachkova1957

Categories:

Воронцово поле — вотчина династии Вогау

Вогауштрассе – так в конце XIX века прозвали улицу Воронцово поле. Этот красноречивый топоним свидетельствует о том, что здесь, от самого Земляного вала до самого Яузского бульвара что ни дом, то собственность многочисленных членов семейного клана Вогау. Тема немцев в дореволюционной России просто неисчерпаема, а клан Вогау-Марк был просто одной из ее доминант.

Воронцово поле - Церковь Илии Пророка. Из альбома: Найденов Н. А. Москва. Соборы, монастыри и церкви. 1882 год.
Воронцово поле - Церковь Илии Пророка. Из альбома: Найденов Н. А. Москва. Соборы, монастыри и церкви. 1882 год.

А началось все в 1827 году, когда из Франкфурта на Майне в Москву приезжает Филипп Максимилиан фон Вогау (1807-1880) и устраивается рассыльным в торговую фирму Глогау. 

Родоначальник  клана Вогау - Вогау Максимилиан (Максим Максимович) (1807-1880).
Родоначальник клана Вогау - Вогау Максимилиан (Максим Максимович) (1807-1880).

13 лет потребовалось ему, чтобы овладеть методами московского торгового бизнеса, добиться признания и войти в круг серьезных предпринимателей. В 1839 году он женится на дочери владельца красильной фабрики в Болшеве Франца Рабенека Эмилии, а в 1840 году при участии брата Фридриха, вызванного из Германии, открывает свою торговую контору. Филипп Максимилиан в 1848 году принимает русское подданство, записывается в первую гильдию, на русский манер его зовут Максимом Максимовичем. Он работает первые годы с братом Фридрихом (1814-1848) до его кончины, а с 1862 – с младшим братом Карлом (1821-1870). Фирма и ее руководство складываются как семейный коллектив. В 1859 году учреждается «Торговый дом Вогау и Ко». Под этим названием фирма будет работать до своего конца в 1917 году.
Начав свою торговую деятельность в скромных размерах с небольшими средствами, в основном на комиссионных началах, Вогау за 76 лет довели свой торговый оборот до 120 млн. рублей в год.
Основные направления торговли: москательные и химические товары (красители, сода и т.д.) строительные материалы (цемент), чай и сахар, хлопок и ткани, металлы. А далее уже буду владельцами банков, страховых обществ...
В конце 1870-х годов два известных цементных завода – рижский и подмосковный подольский были близки к краху и просили помощи. Вогау вместе с другими фирмами организовали акционерные общества этих заводов со своим значительным участием и реализацией производственной продукции, добились твердого финансового положения и увеличения производительности этих заводов в несколько раз. Подольский цементный завод работает до сих пор.
В 1873 году Вогау вместе с Солдатенковым, Абрикосовым, Боткиными и Катуаром приобретают близкий к банкротству рафинадный завод в Москве, поднимают его своими вложениями и кредитами и к 1916 году удесятеряют его производство при непосредственном руководстве директора М.Ф. Марка.
В 1874 году Вогау купили округ и железоделательные Белорецкие заводы (так называлась тогда Магнитка) Пашковых в Южном Урале и образовали акционерное общество, все акции которого были в их руках.
За два исторических поколения Вогау собрали трудами праведными громадное состояние. Недавно, к 100-летию февральской революции, журнал Forbes оценил состояние крупнейших предпринимателей дореволюционной России. В этом рейтинге Вогау с капиталом 41 млн. рублей (492 млн. $ в пересчете на нынешний курс) занимают пятое место. После лидера списка — Второва с его более чем 60 млн. (720 млн. $ по сегодняшнему курсу),  нефтяников Нобелей (60 млн. рублей), Морозовых с их 44 с лишним млн. рублей (их посчитали всех вместе – Захаровичей, Абрамовичей, Викуловичей и Тимофеевичей, хотя это объединение весьма условно, дела-то они совместно не вели и единого концерна не составляли) и банкиров Поляковых (49,5 млн. рублей).

После смерти Карла Вогау в 1870 году, в дело вступают и становятся членами Торгового дома Конрад Карлович Банза (1842-1901), муж дочерей Максима Максимовича, сначала Эмилии, а после ее ранней смерти ее сестры Эммы, и Мориц Марк (1841-1928) – сын Каролины Вогау, сестры первых Вогау и их племянник.

Конрад Банза.
Конрад Банза.

Конрад Карлович Банза происходил из старинной купеческой семьи Франкфурта на Майне, отец его вел торговлю в Петербурге, а мать – из семьи известного петербургского текстильного фабриканта Торнтона.
Он отличался исключительной энергией, входил в руководство пяти крупных предприятий фирмы Вогау. - Коммерции советник (1887), совладелец фирмы "Вогау и Ко" (торговля москательным товаром), учредитель и директор Товарищества ситцевой мануфактуры Альберта Гюбнера, директор правления Товарищества Рижского цементного завода и маслобойни К.Х.Шмидта, директор товарищества мануфактур "Людвиг Рабенек", директор товарищества Московского металлического завода, директор товарищества латунного и меднопрокатного заводов Кольчугина, директор Акционерного общества Белорецких железоделательных заводов Пашковых, директор общества для производства соды в России "Любимов, Сольвэ и Ко",  директор товарищества Реутовской мануфактуры, директор страхового общества "Якорь". Гласный Московской городской думы (с 1880), старшина Московского биржевого комитета (с 1879).
Мориц (Маврикий Филиппович) Марк - Саксен-Кобургский подданный. Марки имели еврейские корни, но еще в начале XVIII в. приняли католичество, а затем лютеранство. Только в 1914 году он с сыном перешел в русское подданство. Его отец Филипп Август Марк приехал из Германии в 1839 году и приобрел небольшую суконную фабрику около Балашихи, женился на Каролине Вогау – сестре Филиппа Максимилиана и Карла Вогау. В 1855 семья вернулась в Германию, а Мориц через 2 года один снова приехал в Москву и с 16 лет стал работать в фирме Вогау. Позже он женился на Софи Вогау, дочери Карла (от них и пошла линия «московских Марков») и в 32 года вошел в руководство фирмы. Не всем известно, что Марки первыми начали в России торговлю автомобилями зарубежного производства. У Морица и Софии Марк было 9 детей: Гуго, Ида, Вальтер, Франц, Макс, Роберт, София, Клара, Лили.
Ко второму поколению членов-собственников Торгового дома Вогау относятся и сыновья основателя фирмы Максима Максимовича Отто (1844-1904) и Гуго (1849-1923) Максимовичи.
Вогау Отто Максимович - коммерции советник, купец 1-й гильдии, директор Товарищества ситцевой мануфактуры Альберта Гюбнера, член совета Московского торгового банка, член правления страхового общества "Якорь", председатель правления Товарищества пивоваренного завода "О.Вогау" в Самарканде, директор правления Товарищества Грибановского свеклосахарного завода в Борисоглебском уезде Тамбовской губернии. Был отстранен от управления Торговым домом Вогау и разорился.
Гуго Максимович Вогау был женат на Аделе Шпис из семьи крупных предпринимателей и банкиров. Ее брат Рудольф был мужем дочери Отто Вогау Софи. Родство содействовало совместной покупке Вогау и Шписами фирмы «Франц Рабенек». Гуго Максимович был директором пяти крупных предприятий концерна Вогау и известным в Москве общественным деятелем, благотворителем и меценатом. За заслуги на деловом и общественном поприще награжден орденами Станислава двух степеней и Анны.
В первые годы ХХ века сформировался третий состав руководителей-собственников фирмы из пяти человек:
- Гуго Макс Вогау (Гуго Максимович),
- Рудольф Германн (Рудольф Васильевич) – сын Эммы Вогау-Банза от первого брака,
- Мориц Марк (Маврикий Филиппович),
- Гуго Марк (Гуго Маврикиевич) – сын Морица Марка,
- Альберт, брат Иды Шумахер-Вогау, а позже его сын Вальтер Шумахер.
Родственники предпочитали жить рядом. В Москве клану Вогау принадлежало шесть домов на ул. Воронцово поле, три - в Николо-Воробинском переулке и два - на Варварке. А на Севере Подмосковья возникла целая немецкая колония и «Вогауштрассе», теперь это Алтуфьевское шоссе. На свои средства они построили железнодорожную станцию «Марк», которая существует до сих пор.

На Немецком кладбище Москвы сохранились руины усыпальницы Вогау — портик был украшен бронзовой (чудотворной!) фигурой Христа работы флорентийского скульптора Раффаэлло Романелли (с 1943 года скульптура находится в Церковно-археологическом кабинете при Московской духовной академии в Сергиевом Посаде). Сам склеп был выполнен после 1866 года, примерно в 1890-е гг., когда здесь похоронили Эмилию Максимовну Банзу (урожденную фон-Вогау). Ее овдовевший супруг, знаменитый благотворитель московской немецкой общины Конрад Банза женился второй раз на родной сестре Эмилии, Эмме. В советское время усыпальница Вогау сильно пострадала, как и многие другие надгробия.

Усыпальница Вогау на Немецком кладбище в Москве. Фото 1914 г.
Усыпальница Вогау на Немецком кладбище в Москве. Фото 1914 г.

Начало первой мировой войны - начало конца империи Вогау в России. В 1915 году по Москве и Подмосковью прокатились волны, организованных российской Черной сотней, антинемецких погромов. В Москве на Воронцовом поле был уничтожен жилой дом Вогау, разграблен офис фирмы на Варварке, полностью сожжено имение Марк-Вогау в пригороде Москвы. В эти же годы Вогау начали срочно с большими потерями сворачивать свою деятельность в связи с работой «Особого комитета по борьбе с немецким засильем», который поставил вопрос о ликвидации торгового дома «Вогау и Ко». Продают все и уезжают в Германию. Оставшийся в СССР сын последнего руководителя фирмы, профессор, крупный радиотехник, Максим Марк-Вогау (1895—1938), был расстрелян «за шпионаж в пользу Германии». Его жена А.М. Марк провела в лагерях и тюрьмах 18 лет.

Среди потомков Вогау - Борис Андреевич Пильняк (настоящая фамилия Вогау; 1894 – 1938). 21 апреля 1938 года осуждён Военной коллегией Верховного Суда СССР по сфабрикованному обвинению в государственном преступлении — шпионаже в пользу Японии (он был в Японии и написал об этом в своей книге «Корни японского солнца») — и приговорён к смертной казни. Расстрелян в тот же день в Москве.

Бывший главный дом усадьбы Г.М. фон Вогау (Воронцово поле ул., д. 10).

В 1878 году владение на углу улицы Воронцово поле и Кривогрузинского переулка (сейчас это переулок Обуха) было куплено Гуго фон Вогау. Старые усадебные постройки были снесены, и в 1882 году для семьи фон Вогау выстроен новый двухэтажный дом по проекту архитектора Виктора Александровича Коссова. Первоначальный проект усадебного дома был выполнен в формах эклектики с элементами немецкого барокко – у дома планировались высокая вальмовая крыша и богато декорированный фасад. Однако в итоге был реализован другой проект, гораздо более лаконичный, в неоклассическом стиле. Фасад особняка, поставленного с некоторым отступом от красной линии улицы Воронцово поле, был гладко оштукатурен и декорирован пилястрами и лопатками, завершался он венчающим карнизом с каменным парапетом. В противоположность скромному декору фасадов интерьеры были оформлены роскошно и изысканно, автором проекта внутреннего убранства особняка также стал архитектор Коссов. К сожалению, фото особняка не сохранилось. 

В. А. Коссов (1840-1917) - помощник главного архитектора строительства храма Христа Спасителя в Москве. Коссов окончил Академию Художеств. Его проекты неоднократно были отмечены медалями. В 1862 году В. Коссов учредил Петербургское общество архитекторов. В 1872 году ему присвоено звание академика.

Большую часть усадебного владения на склоне высокого берега реки Яузы занимал пейзажный парк. Главная аллея парка, обсаженная липами, шла от въездных ворот со стороны улицы Воронцово поле прямо вниз, боковая аллея была проложена от ворот со стороны переулка. В центральной части парка были высажены дубы, внизу располагалась оранжерея. 

Поворотным моментом в истории семьи фон Вогау стало вступление России в войну с Германией в 1914 году. Начало войны сопровождалось ростом антинемецких настроений, что вылилось в итоге в антинемецкие погромы – в конце мая 1915 года один из самых крупных погромов произошел в Москве, когда в течение 3 дней были разграблены многие принадлежавшие немцам магазины, склады и жилые дома. Особняк Гуго фон Вогау на Воронцовом поле был сожжен погромщиками дотла – так что от дома остались только стены. 

Особняк на Воронцовом поле простоял полуразрушенным до начала 1920-х годов, когда бывшая усадьба фон Вогау, национализированная к тому времени большевиками, была передана недавно созданному Физико-химическому институту. В 1922 году дом был восстановлен (достроен до 3 этажей) по проекту архитектора С.Е. Чернышова при участии Бориса Иофана с использованием фундамента и сохранившихся стен старого особняка. Здесь разместился главный лабораторный корпус института, на верхнем этаже были устроены квартиры для сотрудников. В 1927 году в глубине владения был построен корпус полузаводской опытной станции, спроектированный архитектором Борисом Иофаном в стиле конструктивизм. Постепенно владение застраивалось новыми жилыми домами, мастерскими, складами. Несмотря на строительство новых зданий, центральная часть пейзажного парка сохранилась неизменной до наших дней, хотя приобрела за прошедшие годы несколько запущенный вид. К сожалению, территория института с советских времен и по настоящее время считается закрытой и недоступна для посещения. 

Воронцово поле. Начало восстановления разрушенного особняка Вогау. Фото 1920 г. Ограда сохранилась от усадьбы Вогау. Стены первых двух этажей тоже.
Воронцово поле. Начало восстановления разрушенного особняка Вогау. Фото 1920 г. Ограда сохранилась от усадьбы Вогау. Стены первых двух этажей тоже.
Так выглядело здание Физико-химического института в 1927 г.
Так выглядело здание Физико-химического института в 1927 г.
А так выглядит здание Физико-химического института в 2019 г. Здание на реставрации.
А так выглядит здание Физико-химического института в 2019 г. Здание на реставрации.
Сохранившаяся историческая ограда с воротами городской усадьбы Г. М. фон Вогау. 1882 г., архитектор В.А.Коссов.
Сохранившаяся историческая ограда с воротами городской усадьбы Г. М. фон Вогау. 1882 г., архитектор В.А.Коссов.

Еще один дом расположен буквально через дорогу (Воронцово поле д.3) – это Городская усадьба Эммы Вогау-Банза.

Городская усадьба Эммы Вогау-Банза. Фото 2019 г.
Городская усадьба Эммы Вогау-Банза. Фото 2019 г.

Главный усадебный дом – каменный одноэтажный с мезонином в центральной части был построен в конце XVIII века и имел скромный классический облик. В начале 1860-х годов усадьба перешла к жене французского купца Софье Францевне де Монси, а несколько лет спустя, в 1868 году, – к ее сестре Эмилии Францевне фон Вогау и ее мужу Филиппу Максимилиану фон Вогау. При Вогау усадьба на Воронцовом поле была перестроена, главный дом расширен за счет новых каменных пристроек, а также настроен вторым этажом. В 1890-х годах дом приобрел новый облик – его фасады были переделаны по проекту архитектора Виктора Александровича Коссова в формах эклектики с элементами классической архитектуры. Финальные штрихи годом позже внес С.Ф. Воскресенский. В 1892 году владение перешло к родной дочери бывших хозяев – Эмме, состоявшей в браке с совладельцем и одним из руководителей империи Вогау Конрадом Банза. Именно это семейство и их наследники оставались владельцами вплоть до революционных событий 1917 года, после чего здание с участком было национализировано, и здесь разместились различные госструктуры. Сегодня усадебный комплекс состоит из нескольких одно – и двухэтажных объемов, в том числе, деревянных.

Во дворе стоит небольшая скульптура Галатеи, т.н. «Прасковья Тулупова», т.к. именно она снималась в кинофильме «Формула любви» (1984). То самое «прекрасное творенье», которое хотели оживить. Эта же статуя мелькала еще в нескольких советских фильмах. Происхождение ее неясно, и прошлое сильно туманно, вероятно, в суровые 90-е ее выкупил у «Мосфильма» какой-то «новый русский». В зимнее время ее закрывают металлическим коробом.

Городская усадьба Эммы Вогау-Банза. Фото 2019 г.
Городская усадьба Эммы Вогау-Банза. Фото 2019 г.
А вот усадьба летом.
А вот усадьба летом.
Статуя «Прасковья Тулупова». Кадр из фильма «Формула любви».
Статуя «Прасковья Тулупова». Кадр из фильма «Формула любви».

В переулке Обуха стоит великолепной краснокирпичной архитектуры лютеранская больница, построенная на средства семьи Вогау. Больница предназначалась для оказания помощи бедным евангелических приходов. Построена в 1903-14 гг., архитектор О.В. Дессин

Бывшая лютеранская больница – Институт мозга. Фото 2019 г.
Бывшая лютеранская больница – Институт мозга. Фото 2019 г.

В 1903 году после крупного денежного пожертвования Э.М. Банзы община начинает создавать медицинский центр-больницу и амбулаторию на Воронцовом поле. Архитектор Отто Фон Дессин строит больничный комплекс. Краснокирпичное здание бывшей Евангелической больницы с башенками и стрельчатыми окнами, чем-то напоминающее средневековую европейскую архитектуру – романский стиль и готику, в то же время во многих деталях видны элементы стиля модерн.
Несмотря на то, что больница являлась лютеранской, принимали здесь людей всех вероисповеданий и сословий. Примерно половина пациентов не были лютеранами, а большинство врачей были немцами.

Больница разделялась на стационар и амбулаторию. В стационаре имелась 101 постоянная кровать для мужчин и женщин, лечились здесь болезни по всем специальностям, кроме заразных. Неимущим классам койки в больнице предоставлялись бесплатно. Амбулаторное отделение принимало «всех с платою за совет по 50 копеек». В больнице был рентгеновский кабинет, что являлось большой редкостью до 1910-х годов.
После революции здание не меняло медицинского назначения, в нём расположился лечебно-научный институт профессиональных заболеваний, создателем которого являлся «начальник здравоохранения столицы» и личный врач Ленина, В. Обух. Он же и работал в этом институте, который позже стал называться НИИ гигиены труда и профзаболеваний. Именно в честь этого врача в 1954 году переименовали в переулок Обуха соседний Грузинский переулок, вдоль которого стояли корпуса больницы.
Позже, в 1950-е годы здание занял Институт мозга, который начинал свою деятельность в доме Игумнова на Якиманке, как «Лаборатория по изучению мозга Ленина», позже просто «Лаборатория по изучению мозга», и уже после этого ставшая институтом. Одна из сфер деятельности института - исследования мозга ушедших из жизни выдающихся государственных и общественных деятелей.
В настоящее время сохраняется назначение здания, половину комплекса занимает отдел исследования мозга ГУ НИИ неврологии РАМН, а другую часть – поликлиника РАМН (Российской Академии медицинских наук). Внутри частично сохраняются интерьеры, например витражные окна и кованые лестничные перила. Ограда крыши здания, к сожалению, утрачена в советские годы. Аутентичные окна недавно заменены белыми стеклопакетами, которые диссонируют с обликом здания.

На северной стене здания, которая смотрит на улицу Воронцово поле, можно увидеть следы разорвавшегося поблизости фугасного снаряда. В 1941 году немцы бомбили стратегически важные объекты, одним из них был расположенный неподалёку Курский вокзал, досталось и окрестным кварталам. Сейчас следы фугаса на здании больницы – это уникальный объект, мало где в Москве такие следы сохранились.

Следы разорвавшегося фугасного снаряда на стене бывшей лютеранской больницы.
Следы разорвавшегося фугасного снаряда на стене бывшей лютеранской больницы.

И, наконец, Бывший особняк С.К. Марк (Николоворобинский Б. пер., д. 7, стр.1).

Бывший особняк С.К. Марк. Фото 1980 г.
Бывший особняк С.К. Марк. Фото 1980 г.

Особняк стоит на землях, принадлежавших Светлейшему Князю А.А.Безбородко, который планировал здесь строительство дворца, и даже были приглашены архитектор Дж. Кварнеги и Н.А.Львов, но планы не осуществились. После усадьбой владел удачливый судебный стряпчий — Николай Фёдорович Островский (отец драматурга Александра Николаевича Островского, который провел  здесь полжизни). 

Когда в Большом Николоворобинском решили поселиться Марки-Вогау, они купили только небольшую часть усадьбы. Спрашивается, почему? Деньги-то у семьи Вогау были, и побольше, чем у любого стряпчего. 

В 1884 г. архитектор В. А. Коссов строит для Морица и Софии Марков особняк из красного кирпича. Оштукатурен он был многими годами позже. Интересно, что все дома для семьи Вогау построены рабочими, которых специально выписали в Россию из Германии, привозились и некоторые строительные материалы.

Бывший особняк С.К. Марк. Фото 2019 г.
Бывший особняк С.К. Марк. Фото 2019 г.

Дом очень интересный в английском стиле - с башенкой, флюгером.

Над эркерным окном – вензель «SM» хозяйки дома – Софии Марк.
Над эркерным окном – вензель «SM» хозяйки дома – Софии Марк.
Входная дверь бывшего особняка С.К. Марк.
Входная дверь бывшего особняка С.К. Марк.

В доме Софии Марк в 1930-1952 гг. располагалась клиника питания, а сейчас расположен музей медицины.  

Ордена и награды различных международных обществ Красного Креста Георгия Андреевича Митерёва (1900—1977) — народного комиссара здравоохранения СССР (1939—1946 гг.), Министра здравоохранения СССР (1946—1947 гг.), доктора медицинских наук, профессора.
Ордена и награды различных международных обществ Красного Креста Георгия Андреевича Митерёва (1900—1977) — народного комиссара здравоохранения СССР (1939—1946 гг.), Министра здравоохранения СССР (1946—1947 гг.), доктора медицинских наук, профессора.
Советские агитплакаты.
Советские агитплакаты.

Украшением выставки являются подлинные плакаты ОКНА РОСТА, выполненные В.В. Маяковским, на тему борьбы с заразными болезнями.

Экспонаты музея медицины.
Экспонаты музея медицины.

В следующем блоге – интерьеры Бывшего особняка С.К. Марк.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic